6, стр. 179-180.]
А попросту говоря, количеством денег, приносимых его княжеским столом. Поэтому за сбором дани он следил жесточайше.
Почитайте, как князь Василий собирал Xанскую дань:
"Посол Великокняжеский представил Новогородцам, что они, с 1386 года платив Донскому (чувствуешь, читатель, как хитро пишет "великоросс": не Димитрий, а Донской. Он вбивает нам в сознание, мол, уже в 1400 годы Димитрий был Донской. Миф, выдаваемый за правду. - В. Б.) народную дань, обязаны платить ее и сыну его... Полки Московские, Коломенские, Звенигородские, Дмитровские...взяли Торжек и множество пленников в области Новагорода, куда сельские жители с имением, с детьми бежали от меча и неволи (Московского меча и московской неволи. - В. Б.). Уже рать Московская, совершив месть, возвратилась... Привели семьдесят человек. Народ собрался на площади и был свидетелем зрелища ужасного. Осужденные на смерть, сии преступники (всего лишь не подчинились Москве, отказались платить дань! - В. Б.) исходили кровию в муках, им медленно отсекали руки, ноги и твердили, что так гибнут враги Государя Московского!".[1, том V, стр. 73-74.]
Москва собирала дань с величайшей жестокостью. Ведь там была не только дань Золотой Орде, но и собственный московский кусок. А уж за собственный кусок они готовы были любого растерзать или уничтожить, как сегодня. Истина жестокая, видима невооруженным глазом, лишь как всегда, приукрашена великорусским сочинителем...
Но Н.М.Карамзин перестал бы быть придворным историком, если бы не присочинил где-либо в своем "писании". Поглядите, Димитрия Донским назовут только через 200 лет, а он, Карамзин, как занозу впихивает в читателя "дань платили с 1386 года Донскому". Даже не Золотой Орде, а Донскому. Всего лишь Xанский лакей, а вдруг после сего "писания", действительно, стал Государем. Такими приемами фальсифицировалась русская история. После такого "описания" она становилась величественной и прекрасной. Но это обычный прием московской элиты - выдать желаемое за действительность. Мол, уже в 1386 году Димитрий звался - Донским и лично имел дань с Новгородской земли.
Обратите внимание, никакой государственностью московской и не пахнет. Всего лишь получил князь Василий ярлык на княжение да право на собирание дани для Xана. Попутно воровал и себе. Но сколько гонора, да похвальбы!
Князь не заботится о развитии, о торговле города Торжка, сие его не интересует. Нет! Московского князя интересует только дань: деньги, вещи и еда. И удивляться здесь не стоит - это дремучий и жестокий деспот. Разве нормальный, мыслящий правитель отдаст команду рубить 70 человек в клочья? Думаю, нет. Так поступают люди, не чувствующие за собой силы. Зовут их - временщиками.
А теперь, уважаемый читатель, поглядим, какие же земли закрепил за Московией Xан к началу XV века. Только прошу обратить внимание: Н.М. Карамзин, когда пишет о Московском княжестве - Улусе, уже как-то автоматически отдает ему все земли других "великорусских" княжеств, хотя они были обычными враждующими конкурентами. И в XV веке не входили в княжество Московское. Еще предстояло их завоевать в жестокой схватке.
Итак, послушаем:
"...Великий Князь сам поехал к нему (Витовту Литовскому. - В. Б.) в Смоленск, где среди веселых пиров наружного дружелюбия они утвердили границы своих владений. В сие время уже почти вся древняя земля Вятичей (нынешняя Орловская Губерния с частию Калужской и Тульской) принадлежала Литве: Карачев, Мценск, Белев с другими удельными городами Князей Черниговских, потомков Святого Михаила, которые волею и неволею поддалися Витовту. Захватив Ржев и Великие Луки, властвуя от границ Псковских с одной стороны до Галиции и Молдавии, а с другой до берегов Оки, до Курска, Сулы и Днепра, сын Кестутиев был Монархом всей южной России (Киевской Руси. - В. Б.), оставляя Василию (Московскому князю. - В. Б.) бедный север, так, что Можайск, Боровск, Калуга, Алексин уже граничили с Литовским владениям".[1, том V, стр. 85.]
Меня всегда поражал подтекст мысли великоросса. Поглядите, как подает мысль "сочинитель Русской истории". Намеками, полуправдой, он создает впечатление, что, дескать, Литва абсолютно незаконно захватила чужие земли. Но ни единым словом не говорит, что и Москве те земли не принадлежали никогда. И поехал-то князь не оспаривать Литовские завоевания, которые никак не хуже москово-татарских, а закрепить лишь границу Золотой Орды. Такими писаниями создавалась Московская "мохнатая правда" истории.
Но все же, даже при таком "освещении" истории, Н.М.Карамзин подтвердил: на начало XV века Московия - всего лишь мелкий татарский Улус с территорией на 100-150 километров вокруг Москвы, а нации великороссов, как видим, и не видать - обычные княжества - Улусы, враждующие между собой за чужой кусок земли да хлеба. Нет единого народа, нет единой нации, князь не чувствует ответственности за своих подопечных. Люди подчиняются только грубой силе деспота. Непреложная истина и от нее никуда не деться.
Необходимо также отметить, что и "Южной России" в XV веке не существовало. Блеф, туман, вымысел - вот любимые слагаемые при "писании" великороссом своей истории. Он не придерживается исторической правды, она ему, просто, не нужна. Xотение является законом великоросса, а при этом, правда всегда опасна.
Вот так, господа великороссы: наступил XV век, а Москве не принадлежит даже ближайшая округа: Рязань, Тверь, Смоленск, не говоря уже о Новгороде, Пскове да Вологде. И как бы не тщились "писатели истории", но и они иного доказать не сумели.