Базовым для уголовного права является понятие «преступление», определение которого мы находим в статье 7 УК Украины. Преступление определяется как предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние. Иными словами, в этом определении содержатся по отдельности необходимые, а взятые вместе - достаточные условия, при которых данное деяние будет признано преступлением.
На практике первое условие (как более простое и операциональное) воспринимается как главное, по отношению к которому второе -• общественная опасность - рассматривается как второстепенное, разъясняющее. Этот же принцип зафиксирован в чеканной латинской формуле nullum crimen sine lege. Считается, что само включение деяния в уголовный закон («криминализация») уже свидетельствует об общественной опасности. Хотя в целом такой односторонней трактовке противоречит вторая часть той же седьмой статьи, сообщающая нам, что если первое из условий имеет место, а второе - нет («в силу малозначительности»), то деяние не может быть признано преступлением.
Если попытаться вернуть понятию «общественная опасность» реальную значимость, сделать его инструментом в руках судьи в процессе принятия решения о признании деяния преступным, то необходимо дать по возможности более чёткое определение общественной опасности.
Наполнить понятие общественной опасности разумным содержанием можно, обратившись к практической философии Канта. Кант не пользует-я напрямую понятием «общественная опасность», однако в своей статье О мнимом праве лгать из человеколюбия» рассуждает о том, что ложь всегда вредна кому-нибудь, если не отдельному лицу, то человечеству вообще, ибо она делает негодным к употреблению самый источник права, лантовский критерий прост: если мы мысленно генерализуем максиму поступка, и окажется, что такой генерализации мы не можем желать (при этом разрушается общество, или, что то же самое, какие-то его институты; в случае лжи - правосудие), то такой поступок будет общественно опасным. Вспомним, что по Канту право отличается от морали не по содержанию норм, а по мотивам их соблюдения (для морали - уважение, для права - принуждение). Поэтому первичным является такой признак деяния, как общественная опасность, а предусмотренность уголовным законом занимает место исторически изменчивого и политически обусловленного предела санкционированного принуждения.
Собственно юридическое отношение к проблеме общественной опасности принципиально имеет сильную субъективную составляющую. Ведь если о преступном деянии никто не знает, то оно заведомо не представляет общественной опасности. С этим связан и такой фундаментальный институт современного права, как презумпция невиновности: если не доказано, что человек совершил преступление, то он de jure - не преступник, даже, если он его совершил de facto. Для характеристики этой ситуации можно взять одно из старых наблюдений над природой права. Например, Николай Иосифович Коржанский формулирует его так: «Собственно говоря, ещё ни одно общество не погибло от преступления, как такового, поэтому его опасность для общества вообще - условна».
Описанная выше философская (кантовская) парадигма позволяет несколько иначе взглянуть на те явления, которые обычно рассматриваются как лишь сопутствующие праву, второстепенные. В это смысле суд является, кроме всего прочего, ещё и механизмом эмпирической, а не только мысленной, генерализации поступка, прежде всего - через открытость судопроизводства. В западных странах эти механизмы привели к появлению целой «индустрии генерализации» - репортажи из зала суда стали разновидностью популярного телевизионного и газетного шоу; впрочем, аналогичные механизмы действовали и в таких непохожих правовых системах, кик сталинский Советский Союз (киноролики о «процессах вредителей») и Афинская демократия (где в суде могло заседать одновременно до пятисот человек и суд тоже был похож на умело срежиссированный спектакль со своими солистами и статистами).
Впрочем, в отечественной науке о праве доминирует скорее номинальное понимание общественной опасности. Как ещё можно понять определение, которое даёт уже упоминавшийся Н. И. Коржанский: «общественная опасность деяния - её направленность на определённый объект и причинение ему вреда...»